А ты смотри не озверей,
Когда воскресший вечер
Объявит время фонарей
И выть по-человечьи.
На самом донышке зимы,
Отринув пуповину,
Лежим совсем иные мы,
И ровно половину
Того, что мы могли узнать,
От нас скрывает вечер.
Тебе ещё не время спать,
А выть по-человечьи
Тебя учили так давно,
Что я не вспомню слова;
Не мне дано - тебе дано.
Всему первооснова
Вот этот взгляд и этот ритм
Слепых прикосновений,
До боли истовых молитв
И странных откровений,
Как будто кто-то за углом
Ближайшего строенья
Выводит трепетный псалом
Не в плач, но в восхваленье,
Два наших сердца взяв взаймы,
А под провисшей крышей
Зимы лежим немые мы...
Я не помню Ленина живьем,
Я его застал уже холодным.
Говорят, был дерзким пацаном,
Поимел державу принародно.
Отнял у богатых кошельки
И подвел под "новые понятия".
Дескать, все отныне - босяки,
Вот такая, значит, демократия.
Маленький, картавый, без волос,
Без конца по тюрьмам ошивался.
Видно, там несладко довелось,
Говорят, чернильницей питался.
Десять лет торчал на Колыме,
Партизанил в питерских болотах,
А потом метнулся по зиме
За бугром подтягивать босоту.
Женщин он к себе не допускал,
Все боялся, что менты банкуют.
Он, конечно, жутко тосковал,
Съест чернила - и сидит, тоскует.
Но однажды в питерских Крестах
Ленин встретил каторжанку Надю -
Тоже вся на шифре, в кандалах,
Вот и поженилися не глядя.
Он Надюхе спуску не давал,
Так сказать, держал всегда на стреме,
Сам удачно банки обувал,
Надя знала фарт на ипподроме, -
В общем, жили воровской семьей,
Вечерами резались в картишки.
Только вот о жизни половой
Вова беспокоился не слишком.
Как он мог Надюхе рассказать,
Как в далеком магаданском крае
При морозе минус сорок пять
Он по снегу полз от вертухаев,
Как, отняв ладони от лица,
Плакали навзрыд оленеводы...
Нет у революции конца!
Отдала, однако, за свободу.
От судьбы приняв такой удел,
Вова стал чудить и куролесить,
Прокатился дикий беспредел
По российским городам и весям,
Расстреляли тысячи людей,
У живых отняли пропитанье.
Воно как бывает у вождей,
Если он не вождь в интимном плане.
А теперь он вон, в гробу лежит -
Может, помер, может, притворился.
Он ведь, гад, живее всех живых,
Не, ну воно как в гробу-то сохранился.
Может быть, гореть ему в аду,
Но пока для всех, на всякий случай,
Пусть он будет лучше на виду,
Вдруг еще чего-нибудь отчебучит...
Пастух растений и камней,
как уцелеть под этим небом?
Крадётся зверь судьбы по следу,
слежались золотые стрелы
в моём потёртом колчане.
В Твоих горах опять обвал...
Где пировали Боги — стужа.
У вечно ледяных вершин
клюют ворОны апельсин.
В припадке голода, кентавр
по снегу иноходью кружит,
орёт похабные куплеты,
с остервенением терзая
Тобою брошенный кимвал...
По чёрной набережной Леты
Под звук тамтама с клавесином,
в цветастых юбках Карменситы,
мурлыкая «любовь, любовь...» —
пройдёт гулящей девкой Смерть
под ручку с пьяным Арлекином
в страну весов и точных мер…
Пугаясь снов, завоет совесть,
и в скользком лабиринте вен
свернётся медленная кровь
в пульсирующий сгусток тромба.
Под механическое «рондо
в турецком духе»
надо мной
хохочет нагло Коломбина
под птичьей маской тонкий профиль,
на шейке локон завитой...
Её обнимет Мефистофель
и зло блеснёт зрачком змеиным.
В венецианском карнавале
летят как серпантин слова!
И повседневность такова,
что даже небо, вниз не глянув,
не зная наших страшных снов,
ведёт толпу светил упрямых
на поводках,
как гончих псов.
Скучаешь? Хочешь пообщаться с интересными людьми? Отвлечься от будней? Найти свою вторую половинку?
Международная служба знакомств к Вашим услугам! В нашем агентстве самые прекрасные девушки и лучшие парни из всех стран. Выбирай, знакомься, общайся, влюбляйся, признавайся в любви!
У нас Вы найдете развлечения на все вкусы - анекдоты, смешные истории, видеосюжеты, викторины. Отправь поздравительные открытки своим друзьям и близким.
Достала работа? Значит ее пора менять: выбирай из базы самых горячих вакансий, опубликуй свою резюме в глобальной базе специалистов.
